Глава 1. О погоде, которой нельзя доверять | Петербург. Это нормально.
В Петербурге совершенно бессмысленно обсуждать погоду, потому что к тому моменту, когда вы закончите её обсуждать, она уже будет другой. Утром можно выйти из дома под совершенно приличным голубым небом, надеть солнечные очки и на несколько минут поверить, что все эти рассказы про петербургский климат сильно преувеличены людьми, которые просто не умеют радоваться жизни. Через двадцать минут вы будете стоять под козырьком какого-нибудь магазина и смотреть, как по Невскому летит дождь. Именно летит, потому что падать сверху вниз петербургскому дождю обычно кажется слишком банальным.
Я всё равно много лет смотрела прогноз погоды, хотя совершенно непонятно зачем. Наверное, примерно по той же причине, по которой люди иногда читают гороскопы: не потому, что верят, а потому, что интересно узнать, что тебе сегодня пообещали. Телефон сообщает плюс восемнадцать, переменную облачность и вероятность осадков десять процентов, а через час ты приходишь на встречу с мокрыми волосами и прилипшими к ногам брюками. Причём дождь обычно недостаточно сильный, чтобы можно было с достоинством сообщить, что ты попала под ливень. Нет, это какой-то мелкий, настойчивый дождь, который просто методично портил тебя всю дорогу, а потом закончился ровно в тот момент, когда ты вошла в помещение. Человек, с которым у тебя встреча, смотрит на совершенно сухую улицу за окном и спрашивает:
— Дождь был?
Нет. Я решила искупаться в Фонтанке по дороге.
С дождём хотя бы всё понятно. Гораздо интереснее петербургский ветер, который обладает удивительной способностью находить именно тот участок тела, который ты не предусмотрела. Можно надеть пальто, шарф, застегнуться до подбородка и выйти из дома абсолютно уверенной в собственной подготовленности, а через три минуты на набережной выяснится, что где-то между воротником и шарфом остались два квадратных сантиметра незащищённой шеи и именно туда теперь направлена вся мощь Финского залива.
Поэтому фраза «сегодня тепло» в Петербурге вообще ничего не означает. Плюс пятнадцать действительно может быть тепло, если нет ветра, светит солнце и вы стоите в закрытом дворе. Те же плюс пятнадцать на набережной через пять минут превращаются примерно в февраль, и ты начинаешь вспоминать, почему не взяла куртку, шарф, перчатки и документы на эмиграцию.
При этом сами петербуржцы относятся к происходящему с удивительным спокойствием. Если в мае идёт снег, говорят, что бывает. Если в январе дождь, значит, такая зима. Если в июле плюс двенадцать, это вообще не считается событием. Настоящее беспокойство начинается, когда несколько дней подряд стоит хорошая погода. На третий или четвёртый день люди уже начинают подозрительно смотреть на безоблачное небо и говорить: «Что-то долго тепло». И в этой фразе нет особенной радости. Скорее тревога человека, который слишком хорошо знает город и понимает, что тот где-то копит силы.
Зато стоит появиться настоящему солнцу, как Петербург мгновенно меняется. Люди выходят на набережные, садятся на ступеньки у воды, занимают все столики на верандах, покупают кофе и подставляют лица солнцу с таким видом, будто оно приехало к нам с гастролями и билеты удалось достать совершенно случайно. В такие дни даже город выглядит немного растерянным, словно сам не ожидал, что всё получится настолько хорошо.
Наверное, поэтому хороший день в Петербурге нельзя откладывать на завтра. Если сегодня светит солнце, надо идти гулять сегодня, даже если много работы, даже если собиралась заняться чем-то полезным и особенно если прогноз обещает такую же погоду всю неделю.
Мы слишком хорошо знаем цену этим обещаниям.
О языке, на котором говорит Петербург
Глава 2. Петербург. Это нормально.
Поребрик, парадная, шаверма. Иногда одного слова достаточно, чтобы Петербург понял: свой ты или нет.