Глава 1. Почему мы остаёмся, когда уже всё понимаем
Утро началось с того, что Тор решил войти в мою спальню. Сначала он толкал дверь носом, потом скрёб лапой, потом снова толкал носом, а когда стало ясно, что власть на переговоры не выйдет, лёг в коридоре и вздохнул так тяжело, будто именно он последние годы содержал эту семью, платил за дом и теперь впервые попросил о чём-то лично для себя. Тор был огромным молодым малинуа и формально считался моей собакой, хотя сам придерживался более современных взглядов на семейные связи. Стоило Максу взять в руки мясо, сыр или просто подозрительный пакет, как Тор без малейших угрызений совести переходил на сторону экономически более привлекательного родителя. Нора, собака Макса, была почти вдвое старше и за едой никогда не бегала. Она давно поняла про людей главное: суетиться незачем, кто-нибудь всё равно что-нибудь уронит.
Я открыла дверь. Тор ворвался, проверил, не произошло ли со мной за ночь ничего интересного, и тут же ушёл на кухню. Верность верностью, но там пахло завтраком.
Макс стоял у плиты.
«Ты чего так рано встал?»
Он посмотрел на часы.
«Двадцать минут девятого».
«Вот именно».
«А что не так?»
Я посмотрела на него.
«Ничего».
Доказывать Максу, что восемь двадцать для него практически рассвет, я не собиралась. За годы семейной жизни я научилась беречь силы для действительно важных споров, к тому же человек готовил мне завтрак, а я стараюсь не конфликтовать с людьми, от которых в данный момент зависит моя яичница.
У нас было три спальни: у сына, у Макса и у меня. Никакой семейной драмы за этим не стояло. Просто Макс спал так, будто каждую ночь ему выдавали отдельное секретное задание. Он просыпался, шёл пить воду, возвращался, вспоминал про телефон, снова вставал, проверял дверь, ложился, через полчаса переворачивался, потом ещё раз, а утром выглядел вполне свежим. Я после третьего его ночного путешествия начинала ненавидеть даже соседей, потому что они наверняка спали и тем самым откровенно надо мной издевались.
В какой-то момент мы разошлись по разным комнатам и обнаружили, что ничего страшного не случилось. Брак устоял, сын пережил эту новость без видимых последствий, зато я наконец начала спать. После этого возвращаться в общую кровать ради демонстрации семейного единства мне уже не хотелось. Сыну, кстати, вся эта тема была совершенно безразлична. У него была своя комната, хороший интернет и дверь, которую можно закрыть. Родительская спальня интересовала его примерно так же, как тарифы на газ.
Мы с Максом познакомились уже взрослыми, оба успели побывать в браке, у меня рос сын, и мне почему-то казалось, что во второй раз люди уже должны лучше понимать, кого выбирают и зачем. Всё-таки взрослые. Всё-таки опытные. Всё-таки чему-то должны были научиться. Теперь мы жили в Тбилиси, снимали большой дом, растили двух малинуа и считали, что знаем друг друга очень хорошо.
Макс поставил передо мной тарелку.
«Ешь. Сейчас сына отвезу и поеду на рынок».
«Помидоры купи».
«Куплю».
«Только хорошие».
«Ань, я знаю, какие помидоры покупать».
Он сказал это неожиданно резко, и я посмотрела на него внимательнее. Всё-таки речь шла о помидорах.
«Я просто сказала».
«И я просто сказал, что куплю».
Несколько секунд мы молчали.
Я уже хотела спросить, с чего вдруг такой тон, но сверху спустился сын, сонный, растрёпанный, с телефоном в руке, и утро тут же занялось более привычными делами.
Я тоже перестала об этом думать.
«Что на завтрак?» спросил сын.
«Яичница», сказал Макс.
«А мне можно только белок?»
«Можно».
Сын оживился.
«Правда?»
«Конечно. Берёшь яйца, отделяешь белок и готовишь».
Сын сел за стол.
«Ладно. И так нормально».
Я засмеялась.
Через двадцать минут Макс уже стоял в прихожей.
«Рюкзак взял?»
«Да».
«Телефон?»
«Да».
«Куртку?»
«Мне не холодно».
«Я не спрашивал, холодно тебе или нет. Куртку возьми».
Я допивала кофе и смотрела, как взрослый мужчина и почти взрослый мальчик в очередной раз исполняют утренний спектакль, в котором оба давно знают не только собственные реплики, но и реплики партнёра.
Макс почти каждое утро отвозил моего сына в школу. Потом ехал на рынок, заезжал по каким-нибудь делам, покупал продукты, корм собакам, всё, что я успевала вспомнить, и ещё пару вещей, которые я вспоминала уже после его возвращения. Он вообще много делал по дому и никогда особенно этого не считал. Наверное, через несколько лет совместной жизни любовь вообще начинает выглядеть довольно странно. Человек знает, что заканчивается корм, помнит, где продают хорошее мясо, и без твоего напоминания едет забирать ребёнка из школы. В начале отношений таким особенно не похвастаешься перед подругами, зато потом выясняется, что жить почему-то удобнее именно с этим, а не с лепестками роз.
Уже в дверях Макс крикнул:
«Сыр какой брать?»
«Любой».
«Потом скажешь, что не тот».
«Тогда зачем спрашиваешь?»
«Чтобы было зафиксировано, что я уточнял».
«Ты слишком долго живёшь с адвокатом».
«Я тоже так думаю».
Он улыбнулся.
Я тоже.
И всё утреннее раздражение куда-то делось.
Машина выехала со двора, и я осталась одна. Я любила эти несколько часов, когда никто не открывал дверь со словами «я только на секунду». В семейной жизни это одна из самых опасных фраз. После неё почти никогда не следует одна секунда, один вопрос или вообще что-нибудь короткое.
Я открыла ноутбук и начала работать.
Через час телефон пискнул.
Макс прислал фотографию помидоров.
На снимке лежали штук двадцать красных помидоров, по которым можно было уверенно установить только одно: они действительно красные.
«Эти?»
«Ты предлагаешь мне определить вкус по фотографии?»
«Ты сказала хорошие».
«Макс, я могу подтвердить цвет».
«Беру».
Через секунду пришло ещё одно сообщение:
«Потом претензии не принимаются».
Я улыбнулась.
«Претензии принимаются всегда. Пора бы уже привыкнуть».
Он прислал смеющийся смайлик.
К вечеру выяснилось, что помидоры были отличными.
Мы ужинали втроём. Макс с сыном спорили о какой-то машине, которой ни у одного из них не было, но это совершенно не мешало обоим иметь непримиримые мнения о её двигателе. Я попробовала помидор.
Макс сразу посмотрел на меня.
«Ну?»
«Что?»
«Помидоры».
«Нормальные».
«Нормальные?»
«Очень достойные представители своего вида».
«Я же говорил».
Я решила не давать ему большего. Одной победы за вечер вполне достаточно.
После ужина сын ушёл к себе, собаки улеглись в гостиной, Макс взял телефон, а я открыла ноутбук и села рядом. Дом успокоился. Обычный вечер, когда никто никуда не собирается, ничего не выясняет и завтра, кажется, будет примерно таким же, как сегодня.
Через несколько минут Макс сказал:
«Ань».
«Мм?»
«Хозяин написал».
Я продолжала смотреть в экран.
«Что хочет?»
«Поговорить».
«О чём?»
«Не написал. Завтра заехать хочет».
Теперь я подняла голову.
«Ну пусть заезжает».
«Я сказал, что мы дома».
«Хорошо».
Макс вернулся к телефону.
Я вернулась к тексту.
Мне нужно было закончить работу, сын сидел у себя в комнате, Тор снова притащил во двор ветку совершенно неприличного размера, а я уже понимала, что обещание лечь сегодня пораньше опять не выполню.
То, что хозяин дома хочет с нами поговорить, занимало меня меньше всего.
Между нами
Чужие отношения вообще удивительно легко понимать. Особенно когда тебе уже рассказали, чем всё закончилось. Тогда сразу видно, на что женщина должна была обратить внимание, что ей следовало сказать и после какого разговора пора было уходить.
Когда живёшь внутри собственной истории, всё гораздо менее аккуратно. Мы остаёмся не всегда потому, что ничего не понимаем. Иногда как раз наоборот, понимаем слишком многое одновременно. Что человек сейчас сказал тебе неприятно. Что утром он приготовил завтрак. Что иногда раздражает до невозможности. Что через десять минут повезёт твоего ребёнка в школу. Что вечером вы, скорее всего, опять будете смеяться. Плохое в долгих отношениях редко появляется отдельно, красиво упакованное и с надписью «вот причина уйти». Оно лежит вперемешку с хорошим, привычным, смешным и родным, и попробуй потом сама себе объясни, в какой именно день всё это перестало быть просто нормальной жизнью.
В тот вечер Макс сказал, что завтра к нам заедет хозяин дома, и я ответила: «Хорошо».
Я думала, речь пойдёт просто о доме.
Можно любить человека и не хотеть с ним жить
Глава 2. Отношения без глянца
Хозяин предлагает Анне и Максу купить дом, который они давно считают своим. Макс начинает строить планы. Анна начинает составлять список плюсов и минусов.